Что-то большое и трепетное билось в сжатой ладони “вожака”.

Сердце!

Человеческое сердце.

Сладко запахло свежениной.

Парень на камне забился в судороге. Но сознание еще не покинуло его. Туманящийся смертной пеленой взор устремлен

на вздетую к небу руку человека в алом балахоне, сжимающую кусок его плоти.

— Тескатлипока! — торжествующе заверещал убийца, потрясая в воздухе десницей.

Капли крови разлетаются в разные стороны. Сладкий запах сырого мяса и свежей крови становится невыносимым…

— Бетси! Бетси!

—А? Что?

Рука помимо воли ложится на грудь. Ловит учащенное биение сердца.

“Господи! Это только сон!”

Но какой реалистичный. Как будто сама участвовала в жертвоприношении. Надо же, как на нее повлияла встреча с Джентри.

— Кто здесь?

— Это я.

Стройная фигурка в короткой ночнушке приблизилась к кровати Элизабет.

— Труди? Ты чего не спишь?

Короткий жалобный всхлип, переходящий в рыдания.

Мисс МакДугал вскочила и, обняв Регентруду, укладывает ее рядом с собой. Гладит по головке, как маленького ребенка.

— Возьми меня… Возьми меня с собой!

— Куда? Зачем?

— В Мексику!

Этого еще не хватало! Оказаться в шкуре воспитательницы и наставницы молодежи! Нет уж. Но надо как-то смягчить отказ.

— Понимаешь, — мягко начала Бетси, — я не привыкла работать в паре. Предпочитаю одиночество. Чтобы отвечать только за себя саму. Это последствия психологической травмы. В юности я увлекалась альпинизмом и однажды вместе с группой сокурсников провела выходные в Швейцарии, пробуя более сложную и пересеченную местность. Однако когда мы возвращалась назад, на базу, нас застигла лавина… Я оказалась единственной, выжившей в тот страшный день. Лишь через неделю добралась до маленькой швейцарской деревушки… Страшный опыт не прошел для меня даром. Странное дело, но путешествие по ледяным склонам показалось мне глотком Настоящей Жизни. Я почувствовала вкус к опасности, к путешествию в одиночку, без спутников. Может быть, это и есть настоящая свобода — состояние, когда не зависишь ни от кого, кроме самой себя. Так что извини. Я понимаю, что жить рядом с таким человеком, как Германгильда, просто невозможно. Но ничего не могу поделать. Таковая твоя планида.